15 января 2012

Оптимизм


"Один из самых больших сюрпризов, которые мне преподнесла моя собственная жизнь, — это осознание того, что я, оказывается, оптимист. До 35 лет я был уверен в обратном. Честно говоря, до этого возраста я просто не задумывался на эту тему всерьез. А по умолчанию в России все пессимисты. Быть оптимистом — это почти измена Родине."
Я даже помню тот момент, когда это произошло. Я гулял с сыном и женой в Горках Ленинских, вокруг было просто фантастически красивая золотая осень, у меня было хреновое настроение, и вдруг мне стало до ужаса стыдно. Как можно быть чем-то недовольным, когда у тебя перед глазами природа, которая не знает уныния? Даже увядание у нее — это триумф. У тебя депрессия? Возьми в руки лист с дерева и просто посмотри на него внимательно. Кто-то из святых сказал, что люди ищут чуда, но разве не чудо — строение листа?
Через три месяца я бросил курить. Потому что понял: хочу жить долго.

Мы привыкли рассматривать выбор между оптимизмом и пессимизмом как акт оценки окружающей действительности. «Ты оптимист?» — спрашивают тебя, и ты сразу думаешь о том, что будет с Родиной и с нами. И если ситуация в доме, городе, стране оставляет желать лучшего, язык сам поворачивается: «Я пессимист». Потому что «я оптимист!» в данном контексте будет переведено так: у меня все прекрасно, я живу в лучшей стране, Путин умница, а транснациональные корпорации желают нам добра. Ну и кто ты после этого? Одно из двух: либо мудак, либо супермегаконформист. Не самый лучший имидж даже для внутреннего потребления.

Такая трактовка этой дихотомии, на мой взгляд, могла прийти только из стана пессимистов. Потому что для настоящих оптимистов оптимизм — это вообще о другом. Оптимист не оценивает того, что вокруг него происходит, это для него вторично. И именно в силу этого обстоятельства он — оптимист. Зачем человеку действующему отягощать себя характеристиками окружающей действительности? Это имеет смысл только в одном случае — если это та самая действительность, которая имеет непосредственное отношение к твоему действию. Но тогда ее несовершенство не субъект, а объект. А раз так — это уже не может быть поводом для пессимизма. Потому что ты рассматриваешь реальность как то, что можно и нужно изменить к лучшему. И это «можно и нужно» — в твоих руках, а может быть, даже в более умелых и надежных.

Безусловно, пессимизм — дочерняя структура материализма. Если все вокруг материально, если жизнь — это круговорот говна в природе, то радоваться особо нечему. Я проживу столько-то лет, напишу столько-то текстов, сожру столько-то тонн питательных веществ, столько-то раз кончу, столько-то раз возьму кредит, выращу кусок мяса под названием «мой ребенок» и пойду кормить червей. Что ты там говоришь, товарищ Лейбниц? Мы живем в лучшем из миров? Спасибо, я посмеялся.

Пессимизм — это порочный круг, из которого невозможно вырваться иначе, кроме как усилием веры. Пессимисты всегда косят под реалистов: «Хорошо, — говорят они, — я готов стать оптимистом, если…» И тут же выкатывают миру свой список требований — абсолютно материальных по сути. Но даже если они получат желаемое, ничего не изменится. Потому что вещи, удовольствия и даже переживания более-менее высокого порядка — все это преходяще, все это на пару минут, все это быстро разочаровывает. Если же у пессимиста появляется ценность высшего порядка, он тут же перестает быть пессимистом. Материальное становится второстепенным, а идеальное — оно животворит уже в силу того, что оно идеальное. Все вокруг обретает смысл, цепь замыкается, по ней бежит ток, и нет больше никакого пессимизма.

Когда оптимистический образ мысли становится образом действия, это называется энтузиазмом. Люблю этимологию: она отвечает на многие вопросы. En Theos, от которого происходит «энтузиазм», дословно означает «в Боге». Я, кстати, давно понял, как отличить людей реальной веры от сектантов, выучивших правильные догмы и молитвы. Настоящие верующие — они всегда довольны и рады, они верят в лучшее, потому что чему печалиться, если ты живешь в мире, который сотворен Богом, и судьба этого мира предрешена: зло будет повергнуто. «Даже если все вокруг плохо, просто попробуй улыбнуться — механически, как американцы улыбаются. И сразу почувствуешь: все не так уж плохо!» — говорил мне один священник, который живет в такой глуши, что трудно не впасть в отчаяние.

Нет, это не проповедь на уик-энд грядущий. Это просто попытка улучшить вам всем настроение. Просто верьте хоть во что-нибудь, и все будет хорошо. Только не в свои силы, не в человечество и прочую фигню. В этом слишком легко разочароваться. Возьмите в руки лист с дерева и посмотрите на него внимательно. Он подскажет.

Всем спасибо, и до новых встреч.


Комментариев нет:

Отправка комментария